Спектакли в Израиле пройдут в городах Тель-Авив, Иерусалим, Хайфа и Беер Шева
информация будет скоро, а пока: 052.8360045
Автор и исполнитель Семен Александровский.
Художник Катерина Андреева.
В спектакле звучит музыка Тома Уэйтса.
«Я человек не очень приятный- это вам любой скажет. Я и слова-то такого не знаю.
Меня всегда восхищали подлецы, разбойники, сукины сыны.
Мне не нравится гладковыбритые мальчики при галстуке и приличной работе.
Я люблю людей отчаянных, с выбитыми зубами, шальной башкой и сломанной жизнью.
такие меня интересуют. Они полны тайн и взрывчатки.
Также мне нравятся опустившиеся женщины, матерящиеся пьяные сучки со сползшими чулками и размалеванными физиономиями.
Мня больше интересуют развратники, чем святые.
Мне хорошо с бродягами, потому что я сам бродяга.
Я не люблю законы, правила, религию и мораль. Я не позволю обществу перекраивать меня по-своему.»

информация будет скоро, а пока: 052.8360045
Автор и исполнитель Семен Александровский.
Художник Катерина Андреева.
В спектакле звучит музыка Тома Уэйтса.
«Я человек не очень приятный- это вам любой скажет. Я и слова-то такого не знаю.
Меня всегда восхищали подлецы, разбойники, сукины сыны.
Мне не нравится гладковыбритые мальчики при галстуке и приличной работе.
Я люблю людей отчаянных, с выбитыми зубами, шальной башкой и сломанной жизнью.
такие меня интересуют. Они полны тайн и взрывчатки.
Также мне нравятся опустившиеся женщины, матерящиеся пьяные сучки со сползшими чулками и размалеванными физиономиями.
Мня больше интересуют развратники, чем святые.
Мне хорошо с бродягами, потому что я сам бродяга.
Я не люблю законы, правила, религию и мораль. Я не позволю обществу перекраивать меня по-своему.»

Художник Катерина Андреева.
В спектакле звучит музыка Тома Уэйтса.
Меня всегда восхищали подлецы, разбойники, сукины сыны.
Мне не нравится гладковыбритые мальчики при галстуке и приличной работе.
Я люблю людей отчаянных, с выбитыми зубами, шальной башкой и сломанной жизнью.
такие меня интересуют. Они полны тайн и взрывчатки.
Также мне нравятся опустившиеся женщины, матерящиеся пьяные сучки со сползшими чулками и размалеванными физиономиями.
Мня больше интересуют развратники, чем святые.
Мне хорошо с бродягами, потому что я сам бродяга.
Я не люблю законы, правила, религию и мораль. Я не позволю обществу перекраивать меня по-своему.»




